Диспозиционное сострадание и реакция на изменение настроения среди людей,находящихся в группе риска рецидива депрессии.

Anke Karl1 | Matthew J. Williams1 | Jessica Cardy2 | Willem Kuyken3 | Catherine Crane3

1 Центр расстройств настроения, University of Exeter, UK
2 Оксфордский курс последипломной подготовки по клинической психологии, Harris Manchester College, University of Oxford, Oxford, UK
3 Кафедра психиатрии, University of Oxford, Oxford, UK

В данной статье исследуется связь между диспозиционным состраданием и способностями людей с депрессией в анамнезе к когнитивной регуляции эмоций.Исследование 1 (n=403) установило, что самосострадание было связано с увеличением использования позитивных и уменьшением использования негативных стратегий корреляциями малого и среднего размера. Исследование 2 (n=68) было экспериментальным исследованием, в котором изучалась связь между диспозиционным самосостраданием, использованием стратегий когнитивной регуляции эмоций и изменения настроения и уровня самообесценивания у участников,подвергшихся отрицательной индукции настроения с последующим восстановлением настроения (осознанное дыхание, руминация, тишина). Люди с более высокими уровнями диспозиционного сострадания показали большее восстановление настроения после индукции настроения и меньший уровень самообесценивания в ходе экспериментальной процедуры, независимо от способа восстановления настроения или привычных когнитивных методов регуляции эмоций. Эти результаты свидетельствуют о том, что самосострадание связано с более адаптивными реакциями на изменения настроения у людей с рецидивирующей депрессией в анамнезе.

1 Вступление

Депрессия является распространенным расстройством, связанным со значительными нарушениями и страданиями (Collins et al., 2011). Обычно она случается с частотой рецидива 50% после первого эпизода и 90% для тех, чей опыт насчитывает три и более эпизодов (Solomon et al., 2000). Для разработки и усовершенствования методов психологического воздействия для поддержания устойчивого излечения от депрессии важно иметь четкое понимание механизмов,вовлеченных в процессы рецидива.

Теория дифференциальной активации депрессивного рецидива (Segal, Williams, Teasdale, & Gemar, 1996) предполагает, что у людей, подверженных риску депрессивного рецидива, грустное настроение становится связанным с негативными убеждениями, убеждениями высокого порядка и склонностью размышлять(руминировать). Как следствие – считается что короткие периоды плохого настроения автоматически активируют негативное содержание, к примеру негативное самообесценивающее мышление (Scher, Ingram, & Segal, 2005). Впоследствии или параллельно формируется ряд дезадаптивных когнитивных процессов (таких как смещения в памяти и интерпретации), (например JMG Williams, Watts, MacLeod, & Mathews, 1997), а также дефицит в поведенческих функциях (например,малоэффективность методов решения межличностных проблем) (например JMG Williams, Barnhofer, Crane, & Beck, 2005), которые вместе усугубляют и продлевают плохое настроение, также могут запускаться, увеличивая риск эскалации депрессивного эпизода (Beck & Haigh, 2014; Teasdale & Barnard, 1993; Teasdale & Cox, 2001). Действительно, недавние исследования демонстрируют, что вызванная настроением активация депрессогенных познаний и, в частности, руминация,является лучшим предиктором рецидива депрессии в течении 3,5-летнего периода,чем уровень этих познаний в эутимическом настроении (например, Figueroa et al., 2015). Эти данные свидетельствуют о том, что во избежание депрессивного рецидива в ответ на преходящее низкое настроение, людям с историей депрессии необходимо применять навыки и ресурсы для реагирования на это настроение и негативное содержание мысли, которое может автоматически и привычно вызываться при более адаптивном пути и негативных событиях у людей с депрессией в анамнезе, а также то,как эти реакции связаны с индивидуальными различиями в диспозиционном самосострадании.

Сострадание было определено как «ориентация ума, которая распознает наличие боли, универсальность боли в человеческом опыте и способность встречать боль с добротой, сочувствием, невозмутимостью и терпением» (Feldman & Kuyken, 2011). Самосострадание относится к способности относиться к собственному опыту с теми же качествами ума и было описано как включающее в себя три основных измерения: доброжелательность к себе против самоосуждения, общая гуманность против изоляции и осознанность против сверхкатегоризации (Neff, 2003b). Связи между осознанностью и самосостраданием сложны. Некоторые из ключевых элементов самосострадания (распознавание и устранение страданий, способность быть открытыми к этим мыслям и чувствам и терпимость к ним наряду с отношением к заботе) присутствуют в определениях осознанности. Точно так же, способность воспринимать боль и удерживать её в сознании рассматривается как необходимая предпосылка для чувства самосострадания (Neff, 2003a, 2003b). Тем не менее важные элементы общей человечности и мотивации к действию для облегчения страданий(Strauss et al., 2016) отличаются от концепции самосострадания. В этой статье мы используем термин «диспозиционное самосострадание» для обозначения общей склонности людей к состраданию себе.

Предполагается, что когда человек, подверженный риску депрессивного рецидива, отвечает на отрицательное настроение самосостраданием, последующее удлинение или обострение плохого настроения может уменьшится (Krieger, Berger, & Holtforth, 2016; Pauley & McPherson, 2010) потому что возникающие негативные мысли и чувства легче увидеть такими, какие они есть, заученными до автоматизма и усиленными бесполезными убеждениями. Человек способен сострадательно наблюдать за своими мыслями и чувствами, вместо того, чтобы заниматься всё более и более негативным, самокритичным и самообесценивающим мышлением,контекстуализируя их не только в своей личной истории или повествовании, но и в контексте более широкого человеческого опыта. Это может уменьшить избегание негативного психического содержимого и облегчить адаптивное реагирование, в том числе смотреть на вещи с новой точки зрения, участвовать в позитивной переоценке и вносить позитивные изменения в поведение. Самосострадание потенциально важно для людей, уязвимых к депрессивному рецидиву, потому что оно может быть вызвано в период наибольшего риска возникновения депрессии (например, плохое настроение и когнитивная реактивность), обходя самообесценивающую обработку (например,самокритику, катастрофизацию, руминацию) и может позволить людям выйти из реактивности и использовать устойчивые когнитивные и поведенческие стратегии.

В настоящее время существует ряд корреляционных исследований,показывающих взаимосвязь между самосостраданием, благополучием и психическим здоровьем (Broderick, 2005; Fredrickson, Cohn, Coffey, Pek, & Finkel, 2008; Huffziger & Kuehner, 2009; Krieger et al., 2016; Neff, Rude, & Kirkpatrick, 2007). Исследования показывают, что самосострадание неизменно обратно связано с избеганием,руминацией и выраженностью симптомов депрессии у пациентов с депрессией(например Krieger, Altenstein, Baettig, Doerig, & Holtforth, 2013), что уровни самосострадания и самокритики у людей, находящихся в депрессии в настоящее время и/или ранее находящихся в депрессии отличаются от лиц, не испытавших депрессии(например Ehret, Joorman, & Berking, 2015), и что связь между самосостраданием и депрессивными симптомами соизмерима со способностью переносить негативные эмоции, но не с другими навыками регуляции эмоций (Diedrich, Burger, Kirchner, & Berking, 2017). Интересно, что обзор литературы о связи между самосостраданием и использованием копинговых стратегий Allen and Leary (2010) предполагает, что связь между самосостраданием и использованием позитивной когнитивной реструктуризации/переоценки наиболее очевидна, в соответствии с идеей о том, что эффективная регуляция эмоциональных состояний, в том числе посредством самосострадания, ограничивает эскалацию негативного аффекта и облегчает последующее участие в положительных копинговых реакциях.

Экспериментальные исследования также изучили связь между самосостраданием и эмоциональными реакциями на стресс или вызванное(индуцированное) негативное настроение. Например, в серии из пяти исследований с неклиническими, в основном студентами бакалавриата, выборками Leary, Tate, Adams, Allen, and Hancock (2007) продемонстрировали что самосострадание ослабляло эмоциональные реакции на целый ряд стрессовых реальных, вспомненных и воображаемых событий. Такие результаты согласуются с другим недавним исследованием, изучающим натуралистические отношения между самосостраданием,аффектом и ежедневными стрессорами у 101 участника, которые предоставляли данные о настроении и стрессоре дважды в день (Krieger, Hermann, Zimmermann, & Holtforth, 2015). Это исследование показало, что самосострадание ослабляло влияние ежедневных стрессоров на отрицательный, но не положительный эффект в течение 2-недельного периода.

На сегодняшний день большинство исследований самосострадания и регуляции эмоций основаны на неклинических выборках. Тем не менее, одно недавнее экспериментальное исследование 48 человек, отвечающих критериям депрессии,сравнивало самосострадание с рядом других стратегий регуляции эмоций,предназначенных для восстановления настроения после негативной индукции настроения (Diedrich, Grant, Hofmann, Hiller, & Berking, 2014). Это исследование показало, что преднамеренная активация чувства самосострадания (то есть использование самосострадания как формы регуляции эмоций) была более эффективной, чем простой период ожидания в снижении подавленного настроения после индукции настроения, но существенно не отличалась от принятия или переоценки. Во втором исследовании, проводимом одновременно с работой, о которой здесь сообщается, эта группа рассмотрела связь между регуляцией эмоций и способностью пациентов с депрессией извлечь выгоду из упражнений на когнитивную переоценку после индукции настроения (Diedrich, Hofmann, Cuijpers, & Berking, 2016).Для завершения отрицательной индукции настроения это исследование случайно выбирало участников, разделенных на группы в соответствии с подготовительной индукцией принятия, индукцией самосострадания или периодом ожидания, а затем с проведением когнитивной переоценки, с измерениями результатов изменения настроения в ходе экспериментальной процедуры. Результаты показали, что самосострадание, но не принятие, значительно усиливало эффекты когнитивной переоценки по сравнению с периодом ожидания. Эти исследования сосредоточены на сознательном культивировании самосострадания на службе регуляции эмоций, как часть экспериментальной процедуры. Тем не менее, их результаты показывают, что дальнейшие исследования, изучающие способы использования стратегии регулирования привычных когнитивных эмоций и диспозиционного самосотрадания(т.е. склонность участников сообщать о своих чувствах к самосостраданию в повседневной жизни) могут оправданно взаимодействовать друг с другом в депрессии или в группе риска, или чтобы оправданно поддержать восстановление настроения.

Сообщение ключевого специалиста:

  • Более высокие уровни диспозиционного самосострадания связаны с выбором более адаптивных стратегий когнитивной регуляции эмоций у людей с историей депрессивного рецидива.
  • Диспозиционное самосострадание также связано с более сильным восстановлением настроения после изменения настроения.

1.1 Настоящее исследование

В данной статье сообщается о двух исследованиях, одном корреляционном и одном экспериментальном, которые вместе исследуют эти проблемы в группе риска рецидива депрессии на основе их клинической истории депрессивных эпизодов. Мы

предположили, что в соответствии с выводами других недавних работ диспозиционное самосострадание повысит способность реагировать на негативные события и негативное настроение таким образом, чтобы уменьшить его вторичные негативные последствия (продолжающаяся эмоциональная дисрегуляция и самообесценивание).

В исследовании 1 изучалась взаимосвязь между диспозиционным самосостраданием (Шкала самосострадания [SCS]) и использованием когнитивной регуляции эмоций, таких как позитивная переоценка, позитивное планирование,катастрофизация и самоосуждение, расширение предыдущих выводов,сосредоточившись на большой выборке участников с историей рецидивирующего большого депрессивного расстройства (три и более предыдущих эпизода) и использованием измерений, которые исследуют привычное использование стратегий когнитивного и эмоционального регулирования.

В исследовании 2 изучалось влияние индивидуальных различий в диспозиционном самосострадании и сообщалось об влиянии использованной стратегии позитивной и негативной когнитивной регуляции эмоций на изменение настроения и уровень самообесценивания в ходе экспериментальной процедуры индукции настроения. Оно рассмотрело степень, в которой изменения настроения и уровня самообесценивания различались в зависимости от вызванных экспериментом стилей ответа, при этом участникам рекомендовалось прибегать к осознанности,размышлениям или периоду молчания на этапе восстановления настроения. Оно также рассмотрело взаимодействие между диспозиционными тенденциями (SCS и оценками CERQ) и индуцированными стилями ответов при определении изменений в настроении и самообесценивании. Предыдущие исследования показывают, что руминация поддерживает негативное настроение (Nolen‐Hoeksema, Blair, & Lyubomirsky, 2008), и что осознанность ослабляет его (Keng, Tan, Eisenlohr‐Moul, & Smoski, 2017). Тем не менее, неясно, как диспозиционные факторы взаимодействуют с преднамеренным выбором конкретных стратегий восстановления настроения для определения регуляции эмоций или действительно ли, короткие экспериментально индуцированные стратегии восстановления настроения оказывают достаточное влияние, чтобы отменить или изменить характерные тенденции к реагированию. В результате, изучение потенциальных эффектов взаимодействия между диспозиционными факторами и стратегиями восстановления настроения было исследовательским. Таким образом, мы стремились ответить на следующие вопросы исследования:

1. Каким образом использование стратегии саморегулирования и когнитивной регуляции эмоций связано с людьми с рецидивирующей депрессией в анамнезе(Исследование 1)?

2. Определяют ли индивидуальные различия в использовании стратегии самосострадания и когнитивной регуляции эмоций у людей, подверженных риску депрессии, уровни эмоционального нарушения самооценки, возникающие после изменения настроения? Предлагает ли предварительный анализ доказательства того,что эти отношения различаются в зависимости от типа поощрения, который участники должны использовать (Исследование 2)?

2 Исследование 1: Методы

2.1 Участники

В исследовании 1 использовались исходные данные участников, включенных в опубликованное рандомизированное контроллируемое исследование (Kuyken et al., 2015). Участники были набраны среди случаев, наблюдаемых у городских и сельских врачей общей практики на юго-западе Англии. Критериями включения в исследование были диагноз рецидивирующего большого депрессивного расстройства с полной или частичной ремиссией, оцененный с помощью структурированного клинического интервью для DSM-IV (SCID‐IV; Spitzer, Williams, Gibbon, & First, 1996)среди людей в возрасте 18 лет и старше. Критериями исключения были текущий серьезный депрессивный эпизод, отвечающий полным диагностическим критериям,сопутствующие диагнозы текущего злоупотребления психоактивными веществами;органическое повреждение мозга; текущий/прошлый психоз, включая биполярное расстройство; стойкое антиобщественное поведение и постоянное самоповреждение,требующее клинического лечения. Все участники получали терапевтическую дозу поддерживающего антидепрессанта. В общей сложности 403 участника из первоначальной пробной выборки имели данные о SCS и CERQ, а еще 21 участник из первоначального исследования был исключен из-за отсутствия данных. Общая выборка включала 306 женщин и 97 мужчин со средним возрастом 49/54 года (SD = 12.33). Выборка была почти исключительно (99%) европеоидной расы. На момент оценки средний уровень депрессивных симптомов в выборке, оцененный по второму изданию (BDI‐II) составлял 14/09 (SD = 10.00), находясь в пределах диапазона легких депрессивных симптомов.

Исследование получило этическое одобрение комитета по этике исследованийNHS и комитета по этике школы психологии университета Эксетера.

2.1 Измерения.

2.2.1 |Структурированное клиническое интервью DSM–IV (SCID‐IV)

Модуль депрессии SCID‐IV использовался для установления истории депрессии и текущего состояния депрессии (Spitzer et al., 1996). Клинические интервью проводились полностью подготовленными аспирантами-исследователями-психологами под наблюдением клинического психолога (Willem Kuyken). Все они прошли обучение и установили высокие показатели надежности между группами (90%согласия, κ=0.62, 95% CI [0.48–0.77], p < .0001 для двойного рейтинга внутри команды первого рецидива или пограничного рецидива; 96% согласия κ=0.90, 0.82–0.98, p < .0001 для независимой повторной оценки подмножества 112 опросов SCID‐IV).

2.2.2 | Шкала самосострадания (SCS)

SCS – это инструмент для самоотчёта, состоящий из 26 пунктов, каждый из которых оценивается по 5-балльной шкале Лайкерта (1=почти никогда, 5=почти всегда ; Neff, 2003a). Он дает общий балл, а также баллы по шести подшкалам:доброжелательность к себе, самоосуждение, общая гуманность, изоляция,осознанность, сверхкатегоризация. Более высокие оценки указывают на более высокие уровни для каждой соответствующей шкалы, с отрицательным значением показателя для негативно окрашенной подшкалы. Примеры элементов включают в себя «Я стараюсь любить себя, когда чувствую эмоциональную боль» и «Когда действительно тяжелые времена, я стараюсь быть жестким с самим собой». SCS имеет хорошую тест-ретестовую надежность (r=.93) и сходящуюся дискриминантную достоверность (Neff, Kirkpatrick & Rude, 2007). Недавняя психометрическая оценка в целом подтверждает надежность и достоверность подшкал в клинических образцах (Neff, Whitaker, & Karl, 2017).

2.2.3 | (BDI‐II) Шкала депрессии Бека второй редакции

BDI‐II — это 21-элементное измерение, при этом каждый элемент оценивается по 4-балльной шкале, что даёт суммарный балл от 0 до 63. Считается, что 0-13 баллов отражают минимальные симптомы депрессии, 14-19 легкой депрессии, 20-28умеренные симптомы депрессии и 29-62 тяжелые симптомы депрессии (Beck, Steer, & Brown, 1996). Измерение продемонстрировало превосходную надежность,достоверность и чувствительность к изменениям (Beck, Steer, Ball, & Ranieri, 2010; Beck et al., 1996).

2.2.4 | Опросник по когнитивному регулированию эмоций (CERQ)

CERQ — это мера самоотчёта, состоящая из 36 пунктов, для стратегий когнитивного преодоления, используемых после негативного события или ситуации,причем каждый элемент оценивается по 5-балльной шкале (от 1=[почти] никогда до5=[почти] всегда; Garnefski, Kraaij, & Spinhoven, 2002). Он предоставляет общий балл, а также баллы по девяти подшкалам: самообвинение, принятие, руминация,позитивная перефокусировка, фокусирование на планировании, позитивная переоценка, рассмотрение в перспективе, катастрофизация и обвинение других. Более высокие уровни указывают на более высокие оценки для каждой соответствующей шкалы (обратная оценка некоторых негативно окрашенных элементов требуется для общей оценки). Примеры пунктов включают «Я думаю, что я должен принять ситуацию» и «Я озабочен тем, что я думаю и чувствую по поводу того, что я испытал». CERQ продемонстрировал достаточную надежность и обоснованность(Garnefski & Kraaij, 2007). Для целей настоящих исследований мы дополнительно суммировали позитивно окрашенные подшкалы (принятие, позитивная перефокусировка, фокусирование на планировании, позитивная переоценка и рассмотрение в перспективе) и негативно окрашенные подшкалы (самоосуждение,руминация, катастрофизация, и обвинение других) для получения двух составных баллов, предоставляющих теоретически более и менее адаптивные когнитивные ответы, следуя Potthoff et al. (2016).

2.3 Статистическая обработка

Данные были проанализированы с использованием статистического программного обеспечения SPSS версии 22 (IBM Corp., 2013). Данные были исследованы для резко отклоняющихся значений, асимметрии и эксцесса.Существовали резко отклоняющиеся значения на каждой из подшкал SCS, за исключением общей гуманности, а также общего балла. На CERQ имелись резко отклоняющиеся значения подшкал позитивной перефокусировки и обвинения других.Тесты Колмогорова-Смирнова показали что ни одна из подшкал не была нормально распределена. Из-за прямого характера анализа все случаи были сохранены, несмотря на наличие как некоторых резко отклоняющихся значений, так и ненормальности распределения, были вычислены непараметрические коэффициенты корреляции (по Спирмену) для изучения связей между переменными.

3 Исследование 1: Результаты

3.1 | Связь между самосостраданием и регуляцией эмоций

В таблице 1 приведены полученные коэффициенты корреляции Спирмена между общим и граничными баллами SCS и каждой из подшкал CERQ. Были получены значительные положительные корреляции умеренной силы между общей оценкой SCS и такими подшкалами CERQ: позитивной перефокусировке,фокусировании на планировании, позитивной переоценке и рассмотрении в перспективе. Аналогично существовали отрицательные корреляции между общим баллом SCS и такими подшкалами CERQ: самообвинение, обвинение других,руминации и катастрофизации, которые были очень слабыми по силе для руминации и умеренными по силе для катастрофизации и самообвинения. Не было никакой существенной корреляции между общим баллом SCS и подшкалой принятия CERQ.Суммируя положительные и отрицательные подшкалы CERQ, была выявлена большая положительная корреляция между общим баллом SCS и положительными подшкалами CERQ, r=−.51, p<.001. Все, кроме трёх статистически значимых коэффициентов корреляции между аспектами SCS и CERQ (доброжелательность к себе в CSC и руминация в CERQ, самообвинение в SCS и позитивная переоценка вCERQ а также самообвинение в SCS и обвинение других в CERQ) остаются значимыми после применения поправки Бонферрони для учёта множественных сравнений и сохранения α коэффициента р<.005 (требуются индивидуальные коэффициенты корреляции для р<.008).

Приведенные выше результаты подтверждают предыдущую работу по выявлению связей между самосостраданием и позитивной когнитивной реструктуризацией (например, Allen & Leary, 2010) и распространяют их наклинический образец с историей рецидивирующей депрессии. Они предполагают, что чувство собственного достоинства связано с тем, как люди реагируют на негативные события и переживания. Исследование 2 выходит за рамки ретроспективного самоотчёта, чтобы установить связь между самосостраданием, использованием стратегии когнитивной эмоциональной регуляции и реакцией на изменение настроения под экспериментальным контролем.

Таблица 1. Корреляции между шкалами SCS и CERQ.

Самосострадание Самообвинен Принятие Руминация ие

Позитивная Фокусирование Позитивная Рассмотрение Катастрофиз Обвинение

перфокусиров на переоценка в перспективе ация других

ка

планировании

Доброжелательн ость к себе

−.379** .007 −.094 .475** .452** .471** .400** −.212** −.028

Самоосуждение

Общая гуманность

Изоляция Осознанность

Сверхкатегориза ция

Общий SCS

−.518** −.190** −.395** .217** .172** .171** .111*, a −.385** −.130*,a

−.270** .146* −.029 .539** .462** .526** .546** −.226** −.030

−.465** −.151* −.370** .221** .210** .207** .220** −.521** −.280**

−.255** .150** .008 .442** .540** .566** .520** −.302** −.089

−.424** −.040 −.392** .268** .223** .251** .282** −.524** −.259**

−.502** 0.000 −.264** .495** .475** .540** .467** −.479** −.166*

a Более не является статистически значимым после коррекции Бонферрони, проведенной для корректировки множественных стравнений (p<.008 чтобы обеспечить α <.05).
* Корреляция значима на уровне .05 (двухсторонне)
** Корреляция значима на уровне .001 (двухсторонне)

4 | Исследование 2: Вступление

Исследование 2 было экспериментальным исследованием, предназначенным для установления того, объясняют ли индивидуальные различия в использовании стратегии самосострадания и когнитивной регуляции эмоций у людей с историей депрессии различия в настроении и самооценке после периода индукции настроения и восстановления потенциального настроения, при котором каждому участнику было предложено принять участие в одной из трёх различных стратегий восстановления настроения. Стратегиями восстановления настроения, на которые были назначены участники, были молчание (предназначенное для участия в обычных стратегиях регуляции эмоций), руминация (предназначенное для стимулирования участия в аналитическом самосфокусированном мышлении) и осознанное дыхание(предназначенное для того, чтобы побудить участников отвлечься от мыслей и чувства и способствовать к самосостраданию).

5 | Исследование 2: Методы

5.1 | Участники

В качестве участников были взяты лица, связанные с Университетом Эксетера и окружающим его местным сообществом (набраны с использованием плакатов), а также людей, которые проявили интерес к участию в рандомизированном контролируемом исследовании PREVENT (описано в методах исследования 1), но не подходили, т.к. имели менее чем три предыдущих депрессивных эпизода. Все участники имели историю депрессии с полной или частичной ремиссией и набрали<10 баллов по шкале Гамильтона для оценки депрессии (HAMD; J. B. W. Williams et al., 2008), чтобы убедиться, что экспериментальная процедура не усугубила симптомы депрессии у тех, кто в настоящее время испытывает значительные остаточные симптомы (например, Kuyken, Byford, et al., 2010; Kuyken, Watkins, et al., 2010).Клинические интервью проводились полностью подготовленными аспирантами-исследователями-психологами под наблюдением клинического психолога (Willem Kuyken) Участники получали 10 фунтов стерлингов за участие, а в случае студентов университетов – баллы по курсу.

5.2 | Процедура индукции настроения

Для оценки реакции на изменение настроения мы использовали лабораторную парадигму индукции настроения использованную Segal et al. (2006) и описанную ниже.Задача состояла из двух частей, во-первых, отрицательной стимуляции настроения и,во-вторых, фазы восстановления настроения.

5.2.1 | Индукция грустного настроения и проверка проведения индукции

Чтобы вызвать грустное настроение, участники слушали грустную музыку(«Россия под монгольским игом» Прокофьева, замедленную в два раза) в течении 8минут, повторяя грустное воспоминание. Участники могли свободно вспоминать любое печальное воспоминание, которое они выбрали и повторять это воспоминание на время процедуры индукции настроения. Грустное настроение оценивалось до и после индукции настроения с использованием визуальной аналоговой шкалы (VAS) от0 (я не чувствую так вообще) до 100 (я чувствую так или иначе), и снова после фазы восстановления настроения, описанной ниже.

5.2.2 | Фаза восстановления настроения

После индукции грустного настроения участники были распределены Matthew J. Williams и Jessica Cardy по одному из трёх способов, которые, как и предполагалось влияют на регуляцию эмоций и, следовательно, степень восстановления настроения в группе риска рецидива депрессии. Группы были сопоставимы по ряду других исходных показателей (см. ниже). Задание являлось продолжением, к изначальным условиям осознанности и молчания после начала исследования было добавлено третье условие руминации. Упражнения на осознанность и руминацию длились 4минуты и имели идентичные вводные инструкции:

Сейчас я собираюсь воспроизвести вам аудиоклип, который длится около 4минут. Я бы хотел чтобы вы сидели в удобном вертикальном положении,закрывали глаза, если вам это удобно, или, возможно, смотрели на пол и внимательно следовали инструкциям на компакт-диске. Я сделаю то же самое,чтобы мы оба сделали это вместе.

В состоянии осознанности участники должны были (а) отметить свои мысли,чувства и телесные ощущения; (б) затем твердо, но любезно сориентировать свое внимание на свои ощущения дыхания и (в) расширить своё осознание до постигнутого осознания всего тела. В состоянии руминации участники руководствовались соображениями о причинах и последствиях печального настроения. Условие молчания соответствовало длине, но участники были проинструктированы следующим образом: «Теперь я хотел бы, чтобы вы сидели в тишине следующие несколько минут. Я дам вам знать, когда время истечет». Рисунок 1 иллюстрирует протокол эксперимента.

5.3 | Измерения

5.3.1 | Измерения исследования 1

CERQ, SCS, SCID-IV и BDI-II описаны в методах для исследования 1.Визуальные аналоговые шкалы настроения оценивались с использованием двух шкал(VAS) градуированных от 0 до 100, одна для грусти и одна для счастья, как показано на рисунке 1. Участникам было дано задание оценить грусть и счастье «в этот момент»

5.3.2 | Шкала Гамильтона для оценки депрессии (GRID HAMD)

GRID‐HAMD – это структурированный клинический опрос для оценки 17отдельных симптомов депрессии (J. B. W. Williams et al., 2008). Каждый симптом оценивается по степени тяжести по шкале от 0 до 4, основываясь на ответах участников на вопросы интервьюера, и эти оценки суммируются, чтобы получить общую оценку. GRID‐HAMD представляет собой пересмотр ранней шкалы депрессии Гамильтона и позволяет дифференцировать интенсивность и частоту симптомов, в то же время производя оценки, которые сопоставимы с оценками, полученными из более ранних версий HAMD. GRID-HAMD обладает хорошей надежностью взаимодействия.

5.3.3 | Контрольный список депрессивных состояний (DSC)

Метод DSC оценивает одобрение самообесценивающих прилагательных,которые, как считается, активируются в периоды низкого настроения у людей с риском развития депрессивного рецидива (например, «брошенный», «неудачливый» и«жалкий» Teasdale & Cox, 2001). Респонденты указывают насколько они одобрили эти прилагательные, когда их настроение стало ухудшаться в прошлом месяце по 4-балльной шкале (от 0=совсем нет до 3=очень/крайне). Метод показывает хорошую надежность и достоверность. Мы проанализировали итоговую оценку,соответствующую одобрению 14 прилагательных, которые указывают на самообесценивание (следуя Ehring, Ehlers, & Glucksman, 2008). Хотя это и не якобы определение состояния, мы выдвинули гипотезу, что повторное выражение депрессогенного мышления после индукции настроения приведет к усилению самообесценивающих прилагательных и, следовательно, будет свидетельствовать об усилении самообесценивания во время низкого настроения.

5.4 | Процедура

Участники были первоначально опрошены по телефону, чтобы оценить приемлемость. Участникам, имеющим право на получение помощи были разосланы листы с информацией об исследовании и буклет с опросником включая CERQ, SCS иBDI-II, чтобы заполнить и отправить обратно/принести с собой на сессию тестирования. После информированного согласия процедура исследования проводилась в соответствии с процедурой, изображенной на рисунке 1. Участники сначала заполнили DSC, были оценены на соответствие критериям SCID‐IV иHAMD, а затем прошли первые оценки VAS (T1). Все участники завершили индукции настроения, после чего последовал дополнительный набор оценок VAS (T2). Затем участники следовали инструкциям для своего назначенного способа восстановления настроения. Наконец, все участники снова завершили DSC вместе с окончательным набором рейтингов VAS (T3). В конце исследования участники были опрошены и им предложили несколько упражнений для восстановления настроения, если это необходимо.

page12image39045776

Рисунок 1. Экспериментальная процедура в исследовании 2.5.5 | Статистическая обработка

Полученные данные были проанализированы с использованием статистического программного обеспечения SPSS версии 22 (IBM Corp., 2013).Данные были проверены на предмет предварительных условий для общей линейной модели (то есть нормальное распределение, однородность дисперсии, сферичность для смешанных/повторных измерений ANOVA и нормальность остатков,мультиколлинеарность для множественной регрессии). Ни один из участников не был исключен, но у четырех отсутствовали данные по BDI-II, и поэтому они были исключены из некоторых анализов.

5.5.1 | Индукция настроения

Чтобы проверить влияние индукции настроения и восстановления настроения на настроение участника и оценку DCS, проводят серию повторных измеренийANOVA со временем (T1, T2, T3 для настроения, T1 и T3 для DSC) как внутрисубъектный фактор и состояние (молчание, осознанное дыхание, руминация)как фактор между субъектами. За основными эффектами и взаимодействиями следили последующий исправленный тест Бонферрони и анализ контрастов.

5.5.2 | Корреляционный анализ

Чтобы исследовать связь между индивидуальными различиями в баллах SCS иCERQ и изменениями настроения и баллов DSC у групп людей, с назначенным каждой из них способом восстановления настроения (осознанное дыхание, молчание,руминация), были рассчитаны корреляции нулевого порядка и серии пошаговых линейных регрессий с оценками остаточного усиления в качестве результата и с условно-кодированным состоянием, SCS, CERQ, BDI-II в качестве предикторов.Осознанное дыхание и руминация были введены как фиктивные переменные с условием молчания, являющимся контрольной категорией. Оценки остаточного прироста, подтвержденный индекс изменений до-после, который контролирует отклонения в исходных предварительных оценках, были рассчитаны как разница между фактической оценкой после восстановления и ожидаемой оценкой после восстановления (рассчитанной путем регрессии необработанного показателя после восстановления на предварительном этапе Hofmann, 2004; Speckens, Ehlers, Hackmann, & Clark, 2006; Steketee & Chambless, 1992). Кроме того, была проведена серия модерационных анализов, следуя процедурам Aiken and West (1991), с использованием среднецентрированных непрерывных предикторов и условий взаимодействия и характеристики в качестве предикторов.

6 | Исследование 2: Результаты

6.1 | Описание выборки

Выборка состояла из 68 участников, 46 женщин (68%) и 22 мужчин (32%), со средним возрастом 30 лет (SD = 14.81, диапазон 18–76) и была преимущественно европеоидной расы (96%). Большинство из них были студенты (63%), остальные работали (23%), вышли на пенсию (9%) или безработные/домохозяйки/больные в течении длительного времени (5%). У всех были случаи депрессии, 39% сообщили о трех и более эпизодах. Средний балл BDI-II на момент участия составил 7,59 (SD=6.88, диапазон 0–24). Три группы восстановления настроения не различались по полу (руминация: 6 мужчин, 16 женщин; осознанность: 8 мужчин, 15 женщин;молчание: 8 мужчин, 15 женщин), возраст F(2, 65)=1.11, p=.34, оценка BDI‐II, F(2, 61)=.93, p=.40, оценка SCS, F (2, 65)=.723, p=.49 или отрицательный CERQ, F (2, 65)=1.03, p=.36 или отрицательный, F(2, 65)=.789, p=.46.

6.2 | Изменения настроения вследствие индукции настроения6.2.1 | Грусть

Повторные измерения ANOVA со Временем как внутрисубъектным фактором и Условием как междусубъектным фактором выявили значительные основные эффекты Времени, F (2, 64)=145.46 p<.001; ηp2=.827 и Условия F(1, 65) = 7.65; p = .001; ηp2 = . 190 и значимость взаимодействия Время × Условие F (4, 130) = 7.22; p < .001; ηp2 = . 182. Последующие тесты основного эффекта времени (анализ контрастов) показали,что оценки грусти значительно различались между временными точками со значительно увеличенной грустью при T2, F(1, 65) = 292.22; p = .001; ηp2 = .818, и T3, F (1, 65) = 75.80; p = .001; ηp2 = .538, в сравнении с T1. Вслед за взаимодействием«Время × Условие» было показано что в T3 у лиц в состоянии руминации отмечалось значительно более выраженная грусть, чем у тех, кто находился в тишине (средняя разница = 31.41, p<.001, CI [14.84, 47.99]) и в состоянии осознанного дыхания(средняя разница = 38.06, p<.001, CI [21.49, 54.64]). В состоянии руминации сообщаемая грусть при T3 значительно выше, чем при T1, F (1, 21) = 64.85; p < .001;ηp2 = .755, но незначительно отличается от T2, F (1, 21) = 2.39; p = .137; ηp2 = .102. В состоянии осознанного дыхания, сообщаемая грусть при T3 значительно ниже, чем при T2, F (1, 22)=64.85; p<.001; ηp2=.714, и имеет тенденцию быть выше, чем при T1, F (1, 22)=3.24; p=.086, ηp2=.128. В состоянии молчания сообщаемая грусть в T3 была значительно выше, чем в T1, F (1, 22) = 30.47; p<.001; ηp2=.581, и значительно ниже,чем при T2, F (1, 22) = 12.05; p = .002, ηp2 = .354. Это указывает на то, что (а)индукция грустного настроения была успешной в условиях, вызывающих грустное настроение, и (б) люди в состоянии тишины и осознанного дыхания демонстрируют снижение грустного настроения между T2 и T3 (из-за рассеивания негативного настроения или восстановления настроения, в отличие от тех, кто находится в состоянии руминации. (см. Рис 2)